Когда свекровь покидала дом, Наташа не могла не заметить её загадочную улыбку. Мгновение, казалось бы, случайное, но на самом деле излучавшее что-то тревожное. Свекровь стояла на пороге с чемоданом, будто устремляясь в дали, и эта улыбка мелькнула, оставив после себя неприятный осадок.
— Ну всё, Наташенька, — сказала она, прощаясь. — Две недели пролетят быстро. Я отдохну, наберусь сил.
Наташа кивнула, выдав привычную улыбку, хотя внутри неё заколебалась тревога — её будто кто-то задел за живое. Слова звучали обыденно, а интонация — ровно, однако эта улыбка прятала что-то более глубокое. Чувство доверия и спокойствия переполняло её, и от этого становилось не по себе.
Когда за дверью стало тихо, Наташа осталась одна с навязчивым состоянием — липким и угнетающим. Чтобы отвлечься, она зашла на кухню и включила чайник, в голове крутилась одна мысль: почему так тревожно?
Муж вернётся вечером, как обычно. Работа, ужин, непринужденные разговоры. Наташа постоянно уговаривала себя не накручивать лишнего, но внутреннее беспокойство никак не исчезало, словно осело под рёбрами и расползалось.
Вечером муж пришёл, как и ожидалось — он был радостен и весёл. Рассказывал о дне, а Наташа в этот момент ловила себя на странной мысли: а действительно ли она хорошо его знает? Этот вопрос возник на фоне уверенной улыбки свекрови и её таинственного чемодана.
Ночью, не находя себе покоя, она долго слушала ровное дыхание мужа и размышляла о свекрови и её отсутствии. Люди не улыбаются просто так, уверяла она себя, злясь на собственную подозрительность.
На следующий день Наташа решила заняться уборкой в комнате свекрови, почти инстинктивно, чтобы отвлечься от мыслей. Перебирая вещи, она наткнулась на конверт без подписи — легкий, чуть ли не пустой.
Внутри был билет на тот же курорт, дата совпадала с отпуском мужа. Наташа села на пол, её сердце забилось с такой силой, что дышать стало тяжело. Совпадение? Сначала эта мысль показалась ей абсурдной, но, проверив еще раз, она поняла, что ошибаться не могла.
Словно из памяти всплывали фразы, взгляды, детали, которые раньше казались незначительными: поздние звонки, нелюбовь к лишним вопросам, та самая уверенная улыбка.
Когда муж вернулся, билет уже лежал на столе. Он замер на секунду, но этой доли мгновения было достаточно, чтобы Наташа поняла: что-то в их жизни изменилось навсегда.
— Ты хотел сказать мне что-то? — спросила она, чем-то своим охладив комнату. Его молчание было красноречивее любых сказанных слов.
После того как он ушёл, Наташа сидела у окна, глядя на ночной двор. Ощущение тишины становилось пугающим, осознание пришло внезапно: привычная жизнь уже не будет прежней. Параллельно с болью пришло облегчение — она знала, а знание, хоть и горькое, всегда лучше лживой уверенности, заключающейся в той таинственной улыбке.
